Если крикнет рать святая: "Кинь ты Русь, живи в раю!" Я скажу: "Не надо рая, Дайте родину мою" С.А.Есенин
Расширенный поиск

Cтатья из журнала «Национальная оборона Франции» за 2011 г.

Наступивший 2011 г. для многих государств Европы, Азии и других континентов пройдет под знаком 20–летия ненасильственной ликвидации одной из двух мировых сверхдержав – Союза Советских Социалистических Республик [1] (СССР, Советский Союз, Союз ССР), сравниться с которым по реальной мощи и влиянию на глобальное развитие до сих пор [2] могут разве–что Соединенные Штаты Америки (США). Естественно, главным местом "празднования" этой исторической даты станут государства – бывшие республики Союза ССР и члены т.н. социалистического содружества, для которых "крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века" [3] ознаменовала кардинальное изменение самой парадигмы развития, вступление в совершенно новую эру взаимоотношений между собой и с окружающим миром.

Впрочем, процесс "смены вех" для разных стран (точнее – групп стран) этой части земного шара имел свою специфику, отражающую их преимущественную цивилизационную ориентацию, особенности исторического и национально–государственного развития. Так, для бывших социалистических государств Восточной и Центральной Европы, равно как и республик бывшей советской Прибалтики, имевших небольшой опыт независимого существования в межвоенный период, крушение СССР означало прямое и бесповоротное "возвращение к истокам", в лоно т.н. западной цивилизации, из которого они были тем или иным способом "изъяты" в результате переломных событий (прежде всего, II Мировой войны) великого и трагического ХХ столетия. Естественно, эта стратегическая цель не могла быть достигнута, оставаясь в составе или в зоне геополитического влияния Советского Союза (другими словами – советизированной Российской Империи), какими бы "мягкими" и демократичными не стали отношения реформированной сверхдержавы со своими бывшими сателлитами. Более того, она не могла быть достигнута (по крайней мере, для Латвии, Литвы и Эстонии) при любом варианте сохранения Союза ССР в качестве суверенного государства.

Именно по этой причине фактическая национально–освободительная борьба, которую под видом всенародной поддержки горбачевской политики перестройки вели общественно–политические силы, нацеленные на восстановление независимой государственности этих республик с последующим неизбежным выходом из состава и уходом с геополитической орбиты "империи зла", проходила не только под антикоммунистическими (антисоветскими) и национально–демократическими лозунгами, но и под такими "слоганами", антисоюзная (антиимперская) и антирусская направленность которых не подлежит сомнению. В том же духе планировались и осуществлялись практические меры по достижению намеченной цели. В частности, жесткая постановка краеугольной проблемы незаконности включения прибалтийских республик в состав Союза ССР в 1940 г. (аннексия, оккупация), которая, с одной стороны, оправдывала их демонстративное неучастие в попытках преобразования Союза на новой договорной основе, а с другой – позволяла им открыто игнорировать соответствующее союзное законодательство [4] , принятое в развитие статьи 72 Конституции СССР, закрепляющей за каждой союзной республикой право свободного выхода из Союза ССР. И это при том, что как формально, так и фактически три небольшие республики на берегу Балтийского моря продолжали оставаться интегральной составной частью Советского Союза (по крайней мере, до 6 сентября 1991 г., когда их независимость признал Государственный совет СССР) со всеми вытекающими из данного факта экономическими, политическими, военно–стратегическими и прочими последствиями.

Другой важной особенностью процесса ухода Латвии, Литвы и Эстонии из–под власти Москвы стало их активнейшее участие в раскручивании центробежной тенденции, приведшей, в конечном итоге, к развалу союзного государства. Здесь достаточно вспомнить "особую позицию" этих республик по большинству острых межнациональных и этнополитических конфликтов, возникавших в период перестройки в разных уголках Советского Союза (например, Нагорный Карабах, Тбилиси, Баку и т.д.), неизменную поддержку т.н. демократических (читай: антисоюзнных, националистических и сепаратистских) сил, рвущихся к власти в других союзных республиках, и попытки сколачивания с ними единого антисоюзного фронта, используя для этого все имевшиеся возможности – в том числе те, которые предоставляло полноценное участие в работе высших органов государственной власти СССР (к примеру, Съезда народных депутатов и Верховного Совета СССР). Наконец, не стоит забывать про интенсивный "экспорт" прибалтийского опыта противостояния союзному Центру в период лавинообразной суверенизации других советских республик (1990–1991 гг.).

Поэтому, когда сегодня отдельные "ветераны борьбы за независимость" стран Балтии утверждают, что, мол, Советский Союз вовсе не распался, как это принято официально считать в Российской Федерации и других постсоветских государствах, а его целенаправленно и последовательно разваливали и, в конце концов, развалили, то с этим, в принципе, можно согласиться [5] . Как, впрочем, необходимо согласиться и с тем, что только окончательный развал СССР позволил Латвии, Литве и Эстонии успешно завершить борьбу за восстановление своей независимой государственности и в крайне сжатые сроки, а главное – без существенных потрясений и потерь выполнить практически все намеченные ещё в период перестройки приоритетные национальные задачи, важнейшее место среди которых, безусловно, занимает членство этих стран в НАТО и ЕС.

Такого не скажешь, пожалуй, ни об одной из остальных 12 бывших союзных республик, включая даже Российскую Федерацию, хотя эта группа далеко не однородна в том, что касается способов и эффективности использования в своих национальных интересах тех уникальных возможностей, которые перед ними открыла попытка (пусть даже неудачная!) демократической модернизации Союза ССР [6] . Взять, к примеру, три закавказских республики – Азербайджан, Армению и Грузию, федерация которых в свое время, в 1922 г. выступила одной из соучредительниц Союза ССР. Как известно, их путь к суверенному существованию начался с кровавых конфликтов, во многом предопределивших печальный исход горбачевской перестройки. Здесь – прямое армяно–азербайджанское противостояние (в т.ч., вооруженное) по вопросу о национально–государственной принадлежности Нагорного Карабаха, превратившее эту "горячую точку" на карте бывшего СССР в многолетнюю проблему, конструктивного, удовлетворяющего обе конфликтующие стороны решения которой нет по сей день. Тут и невиданный всплеск граничащего с шовинизмом грузинского этнического национализма, приведший вначале (апрель 1989 г.) к массовым антиконституционным (с точки зрения Основного Закона СССР) выступлениям в Тбилиси, которые союзным властям пришлось нейтрализовать при помощи силы, а затем – к затяжному конфликту, то и дело переходящему в масштабные боевые действия, уже между самой грузинской центральной властью и собственными автономиями, мягко говоря, не разделявшими упорное стремление руководства и части населения Грузии порвать с Союзом. Результат подобной политики хорошо известен – это безвозвратная, как представляется, потеря грузинским государством двух его бывших территорий – Абхазии и Южной Осетии.

В схожем положении оказалась ещё одна бывшая советская республика – Молдова (Молдавия), власти которой изначально также сделали ставку на национализм коренной нации как наиболее эффективное средство достижения своих далеко идущих целей, не связанных с дальнейшим пребыванием данной республики в составе Союза ССР, при одновременном активном противодействии (включая силовое методы) стремлению к национальному и политическому самоопределению других народностей и этнических групп, компактно проживающих на ее территории (гагаузы, русские, украинцы). Использование подобного "двойного стандарта" не осталось, да и не могло остаться без последствий. Ярчайший пример тому – почти двадцатилетнее существование никем (пока!) не признанной Приднестровской Молдавской Республики, которое делает практически эфемерными любые евроатлантические мечтания молдавских руководителей. Если, конечно, они не решатся на самоубийственный для этой маленькой и в общем–то бедной страны шаг – на государственное воссоединение с соседней Румынией, и таким образом не попытаются окончательно сойти с геополитической орбиты России. А Россия останется к этому безучастной.

Незавидный опыт "расставания с Союзом" республик Закавказья и Молдовы наглядно демонстрирует всю порочность попыток решить национальные проблемы одного народа за счет прав и законных интересов других народов. "Цена вопроса" для избравших этот путь, как правило, – погубленные человеческие жизни, чувствительные материальные и территориальные потери, а также заметное отставание в экономическом, социальном и государственном развитии. И ещё: закавказско–молдавская практика перехода к национал–демократии убедительно доказывает, что в современных условиях "общепризнанный" принцип территориальной целостности государства рано или поздно уступает священному праву наций на самоопределение "вплоть до отделения", и с этим практически ничего не поделаешь. По крайней мере, при помощи силы.

Впрочем, далеко не все бывшие союзные республики столкнулись с подобного рода проблемами, хотя опасность их возникновения в очень непростой период становления суверенной государственности субъектов советской федерации существовала у всех, без исключения. В данном контексте следует обратить внимание на ещё одну условную подгруппу республик, путь которых к независимому существованию имеет свою, особую специфику. Речь идет о Казахстане и четырех республиках бывшей советской Средней Азии – Киргизии, Таджикистане, Туркмении и Узбекистане. Как известно, эти государства не участвовали в образовании Союза ССР, они вошли в его состав позднее [7] , и произошло это путем сложного, многоэтапного размежевания советских республик, расположенных в этой части Советского Союза, а также во многом искусственного повышения их конституционного статуса до уровня союзной республики. Если к этому присовокупить тот бесспорный факт, что народы данного региона были выведены из средневековья (а то и более ранних стадий развития человеческого общества) и приобщены ко многим системообразующим ценностям современной цивилизации исключительно благодаря усилиям Советской власти, то становится понятным, почему Казахстан и среднеазиатские республики бывшего СССР столь настороженно отнеслись к перспективе жизни без союзного государства.

Более того, есть достаточно веские основания полагать, что, несмотря на всю "суверенизаторскую риторику" и даже отдельные действия сепаратистского характера, эти республики ни на уровне элит, ни на уровне широких народных масс не желали полного развала Советского Союза. Их вполне устроил бы реформированный СССР, в котором им было бы гарантировано безопасное и устойчивое развитие, реальное равноправие с другими субъектами Союза, большая самостоятельность в решении местных вопросов и распоряжении собственными ресурсами, а также возможность организации общественной и государственной жизни в соответствии с национальными традициями. Все остальное – второстепенно, в том числе, столь принципиальная для других бывших союзных республик самоидентификация путем подчеркнутого дистанцирования от Москвы в вопросах, выходящих за рамки экономического и гуманитарного сотрудничества.

Отсюда определенные проблемы с постсоветским геополитическим позиционированием молодых государств данного региона. Особенно, в первый период после обретения независимости, когда им приходилось постоянно выбирать между маломощным, но таким знакомым Содружеством независимых государств (СНГ) во главе с правопреемницей Советского Союза – новой Россией, мировым гегемоном в лице США, непрерывно набирающим силу Китаем и братьями по вере на южных рубежах бывшего СССР (Афганистан и т.д.). Пожалуй, только Казахстану удалось пройти этот сложнейший этап относительно ровно, без существенных колебаний, что позволило ему, с одной стороны, сохранить полномасштабную и крайне выгодную стратегическую "дружбу" с Москвой, занять свое законное, весомое место в возглавляемых ею новых интеграционных проектах (например, ЕврАзЭС, ОДКБ, Таможенный союз), а с другой – установить нормальные, партнерские отношения с остальными ключевыми игроками на мировой арене, прежде всего, с США, Китаем и объединенной Европой. И в этом огромная заслуга долголетнего руководителя Казахстана, многоопытного и мудрого Нурсултана Назарбаева.

Наконец, следует обратиться к славянскому "костяку" бывшего Союза ССР – Белоруссии, Российской Федерации и Украине, от поведения и решений которых в Советском Союзе зависело практически все (по меньшей мере, на завершающем этапе развития СССР). Достаточно напомнить, что руководители именно этих республик 8 декабря 1991 г. в Беловежской Пуще приняли судьбоносное решение о прекращении почти семидесятилетнего существования сверхдержавы. Хотя, если подойти к вопросу со строго юридических позиций, то они не имели на это никаких прав и полномочий [8] – ни от собственных народов [9] , ни от высших органов государственной власти своих государств.

Впрочем, судьба парадоксальным образом "отыгралась" как на самих подписантах Беловежских соглашений, которых у нас нередко называют "Беловежскими зубрами", так и на их странах. Вначале она ударила по самому слабому звену этой "триады" – Беларуси, где уже через неполных три года закончилось правление политически абсолютно чужеродной этой стране, прозападной группировки С.Шушкевича и государственная власть перешла к молодому и авторитарному руководителю Александру Лукашенко (кстати, единственному депутату Верховного Совета – парламента этой республики, который решился проголосовать против ратификации Беловежских соглашений). С тех Беларусь развивается по своему, особому пути, достаточно органично сочетающему элементы организации экономической, политической и социальной жизни советского и постсоветского периодов.

Можно долго спорить, хорошо это или плохо, насколько это правильно и эффективно, но факт остается фактом – данный подход разделяется и поддерживается абсолютным большинством граждан Беларуси. Им, в основном, поддерживается и та внешнеполитическая ориентация, которую избрали президент и правительство этого небольшого государства, и стержнем которой, несмотря на все проблемы, существующие между руководством двух стран, является приоритетное стратегическое партнерство с Россией. Что касается интеграционных перспектив, то есть некоторые основания полагать, что Беларусь могла бы, при определенных обстоятельствах, пойти на создание с Россией и Украиной полноценной славянской конфедерации (прообраз – ныне формально существующее российско–белорусское Союзное государство) с возможным присоединением к ней в будущем Казахстана. Фактически, это означало бы возвращение к идеям последнего этапа разработки нового Союзного договора (сентябрь – ноябрь 1991 г.) [10] , на базе которого СССР должен был быть преобразован в Союз суверенных государств (ССГ).

Несколько иным путем после 8 декабря 1991 г. пошла Украина, где уровень национальной консолидации вокруг идеи независимости был несравнимо выше, чем в Беларуси. Тем не менее, другой "Беловежский зубр" – Л.Кравчук также потерял свою высокую должность на первых же постсоветских президентских выборах. Его победил типичный советский технократ Леонид Кучма, который в течение десяти лет (под видом обеспечения "многовекторности" украинской внешней политики) пытался балансировать между Россией и Западом, при этом избегая каких-либо решительных шагов в одну или другую сторону. Подобную политику он вел и внутри страны, незаметно поддерживая то украинских националистов, то украинских русофилов. Эта "многовекторность", в конце концов, привела к тому, что Л.Кучма на переломе 2004 – 2005 гг. был фактически свергнут "оранжистами" во главе с Виктором Ющенко и Юлией Тимошенко, при гласной и негласной поддержке самых разных общественных и политических сил, а также при мощном давлении извне.

Но и прозападная "определенность" В.Ющенко не спасла Украину от новой нестабильности – страна оказалась на грани этно–цивилизационного и территориального раскола. И лишь приход к власти в феврале 2010 г. умеренно пророссийского Виктора Януковича несколько отдалил эту мрачную перспективу. Однако, он немногим приблизил момент ясности в вопросе о степени и форме участия Украины в новом геополитическом обустройстве постсоветского пространства. Станет ли эта страна вновь, как это уже было не однажды на протяжении веков (например, в середине XVII или в первой половине ХХ столетия), активным и влиятельным созидателем нового крупного игрока на мировой арене (пусть даже становясь органичной частью этого государства или полноправным членом этого союза государств), либо она согласится на вечную и крайне незавидную роль "разменной монеты" в чужой геополитической игре, при сохранении внешних атрибутов независимости?

Ответ на этот принципиальный вопрос в значительной мере зависит от того, как в ближайшие годы поведет себя формальная правопреемница Советского Союза (другое просто невозможно, поскольку антипод не может быть продолжателем, в том числе, в плане присвоения исторических заслуг предшественника) – Российская Федерация (Россия) [11] . Это – особый вопрос, который невозможно понять без осознания исключительной роли этой республики на огромной евразийской территории. Дело в том, что Российская Федерация (РФ, бывшая РСФСР) как "стержень", "несущая конструкция" и "становой хребет" бывшего Союза ССР, несет особую историческую ответственность за развал СССР (как на уровне высших руководителей, так и на уровне представительных (законодательных) и исполнительных органов государственной власти, а также граждан, в большинстве своем высказавшихся за сохранение Советского Союза). Ведь совершенно понятно, что никакой развал Союза не стал бы возможным, если бы Съезд народных депутатов РСФСР не принял 12 июня 1990 г. Декларацию о государственном суверенитете этого субъекта советской федерации, тем самым, спровоцировав широко известный "парад суверенитетов" абсолютного большинства союзных и всех автономных республик СССР [12] .

Впрочем, все это уже историческая данность, не подлежащая коррекции. Гораздо важнее (с точки зрения сегодняшних реалий и перспектив развития всего постсоветского пространства) то, что РФ до сих пор не прошла сложнейший процесс своей собственной государственной самоидентификации. Другими словами, четко и ясно не ответила себе и окружающему миру на сакраментальный для любой страны вопрос: что же мы из себя представляем как независимое государство? В данном конкретном случае – что из себя представляет нынешняя Российская Федерация, этот молодой (формально!) член мирового сообщества? Какую государственную традицию он продолжает, чьим наследником фактически является? Советского Союза, из лона которого он вышел, и формальным правопреемником которого стал после крушения сверхдержавы? Или РФ продолжает государственную традицию прямого антипода СССР – имперской (романовской) России? А, может быть, она претендует на то, чтобы продолжить бесславное дело Февральской республики 1917 г.?

Ответы на эти вопросы далеко не праздные, от них во многом зависит базовая направленность внутри- и внешнеполитического курса страны, поскольку речь идет именно о государственной традиции как факторе, обеспечивающем глубинную связь между различными этапами развития одного и того же государства, а не о чисто юридическом правопреемстве, носящем, во многом, "технический" характер и обращенном, главным образом, во вне, в сферу международных отношений. Следование государственной традиции и формальное правопреемство может, конечно, совпадать, как это имело место в целом ряде стран старой Европы (идеальный вариант), но может и не совпадать, как это дважды в ХХ в. произошло с Россией. При этом, на мой взгляд, не существует однозначного ответа на вопрос, что важнее – стать формальным правопреемником или продолжить государственную традицию? Все здесь зависит от конкретно–исторических условий и целей, которые ставят перед собой политические силы и люди, волею судеб оказавшиеся у кормила власти в том или ином государстве.

Например, большевики, взяв власть в России в начале ХХ в., решительно отказались от формального правопреемства с царской Империей. Но это отнюдь не помешало им продолжить имперскую государственную традицию во многих жизненно важных для страны сферах. И, по большому счету, совершенно не важно, в каких формах, какими методами и под какими лозунгами это происходило. В частности, к ним довольно скоро пришло осознание той непреложной истины (прежде всего, на опыте иностранной интервенции и Гражданской войны), что их "творение" не сможет нормально существовать и развиваться без "спасительной оболочки" в виде национальных окраин бывшей империи. И в кратчайшие (по историческим меркам) сроки была создана новая, ещё более сильная и могущественная империя – Советский Союз, оказавшая в прошлом столетии решающее воздействие на весь ход мирового развития.

В заключение следует признать, что наша страна все ещё не сделала окончательного, стратегического выбора в пользу какого–либо конкретного варианта своих будущих места и роли на евразийском (постсоветском) пространстве. Понятно и то, что консервация нынешнего, неестественного для многовекового исторического развития России положения на длительную перспективу фактически означает продолжение распада, начало которому положило крушение Советского Союза. Единственной реальной альтернативой этой пагубной тенденции, на мой взгляд, является реинтеграция государств евразийского (постсоветского) пространства, которая может и должна рассматриваться в качестве неотъемлемой части новой российской модернизации.

Станкевич Зигмунд Антонович – д. юр. н., действительный член (академик) Российской академии социальных наук, главный редактор журнала "Кавказские научные записки", г. Москва 

_______

[1] Впервые опубликовано: Stankevich Z. "Le plus grand accident geopolitique du XX siecle" et ses consequences pour la Russie et l'autre monde // Revue Defense Nationale. L'hiver 2011. P. 101-112. (L'edition russe.) К статье 

[2] Несмотря на впечатляющие успехи Китайской Народной Республики, Индии, Бразилии и других стран, сумевших осуществить в этот период поистине гигантский рывок в экономике и прочих сферах, определяющих положение и "вес" того или иного государства в мировом сообществе. К статье 

[3] Здесь приводится известная фраза Владимира Путина из его президентского послания российскому парламенту 25 апреля 2005 г. К статье 

[4] Речь идет о принятом Верховным Советом СССР З апреля 1990 г. законе Союза ССР "О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР". К статье 

[5] Конечно, это не вся правда: к крушению Союза ССР, как известно, привел целый комплекс серьезнейших причин – объективных и субъективных, внутренних и внешних, социально–экономических, политических и национальных. К статье 

[6] Впрочем, здесь многое зависит от того, каким содержанием в каждом конкретном случае наполняется понятие "национальный интерес". Если речь идет о формальной суверенности, независимости "любой ценой", которая, как правило, выгодна лишь элитам, рвущимся к власти и собственности, то ее вряд ли можно считать подлинным национальным интересом. Совсем другое дело, если суверенная государственность используется в качестве инструмента достижения определенных целей, важнейшее место среди которых занимает обеспечение свободного, безопасного и поступательного развития нации (прежде всего, политической). К статье 

[7] Так, Туркмения и Узбекистан в качестве союзных республик вошли в состав СССР 13 мая 1925 г., Таджикистан – 5 декабря 1929 г., а Казахстан и Киргизия – лишь 5 декабря 1936 г. К статье 

[8] Борис Ельцин, Станислав Шушкевич и Леонид Кравчук не имели права решать судьбу Советского Союза, поскольку СССР не был конфедерацией и никакие внутригосударственные отношения (Союз – республики; республика – республика) в стране (по крайней мере, с момента принятия Основного Закона 1936 г.) не регулировались нормами Договора об образовании Союза ССР от 30 декабря 1922 г. Они регулировались только и исключительно нормами Конституции СССР, и никакие ссылки на Договор не могли иметь юридической силы (именно поэтому и разрабатывался новый Союзный договор, чтобы вернуть этим отношениям договорную основу, которой давно уже не существовало). К статье

[9] Как известно, на всесоюзном референдуме от 17 марта 1991 г. за сохранение СССР высказались, соответственно, 71,3%, 70,2% и 82,7% принявших участие в голосовании граждан Советского Союза, постоянно проживающих на территории РСФСР, Украинской ССР и Белорусской ССР. Вопрос об учете в этой связи результатов украинского референдума от 1 декабря 1991 г. является очень спорным, так как в ходе этого референдума перед жителями Украины в прямой и ясной форме не ставился вопрос о дальнейшей судьбе Союза ССР (вопрос был таким: "Подтверждаете ли Вы Акт провозглашения независимости Украины?" и положительно на него ответило 90,32% проголосовавших). К статье

[10] Подробнее см.: Станкевич З.А. История крушения СССР: политико–правовые аспекты. М.: Изд–во МГУ, 2001. К статье

[11] Автор этих строк полагает, что современную Российскую Федерацию (РФ) неправомерно отождествлять с Россией ни в историческом, ни в политическом, ни в юридическом смысле этого понятия. Если РФ – это Россия, то что тогда представляли собой Российская Империя и Советский Союз, которые в мире было принято называть "Россией"? К статье

[12] Как известно, до этой даты о своем государственном суверенитете объявили только республики советской Прибалтики и Азербайджан. К статье

Заслуги газеты "День" перед нашим патриотическим, национальным движением, безмерны. Если бы Проханов не написал ни одного из своих замечательных романов, а только лишь создал газету, Россия всё равно была бы обязана ему всем. До сегодняшнего дня газета собирает вокруг себя тех, кто не сдался, не сломался. 

Но не хочу, чтобы этот вечер был мемориальным. Хочу сказать о завтрашнем дне, потому что нельзя, чтобы мы подвели итог работы, сказали, что всё сделано и все свободны. Мы должны возрождать русскую цивилизацию и наши традиции с учётом достижений советской эпохи и советского общества. С другой стороны, нам не хватает времени и нам нужно форсировать работу, потому что идёт демонтаж страны. Нас загнали в тупик при Ельцине. Потом мы отползли от пропасти, но из тупика не вышли. Как либеральные экстремисты определяли нашу экономическую политику, так и определяют. Если мы будем ждать, пока они завершат свой демонтаж, потом ничего сделать уже будет нельзя. 

Не нужно ждать следующих поколений. Сегодня мы должны предложить газете "Завтра" стать газетой не духовной оппозиции, а газетой патриотического действия. Нам нужно действовать. Начиная с 23-го февраля, когда все должны поддержать Союз десантников и единых с ним ветеранских организаций, пойти на митинг за честь и достоинство наших Вооружённых сил, за нашу обороноспособность. Но не ограничиваться митингом. 

Нужно признать, что за последние годы мы утратили органы народного представительства. Парламентаризм, как и предупреждал Победоносцев, оказался на русской почве банкротом. Нужно восстановить органы народного представительства, начиная с самых высших. А значит, есть только один юридически безупречный путь. Это создание широкого народного движения за созыв конституционного собрания, пересмотр Конституции и отказ от сегодняшнего Федерального собрания. Нам не нужно больше игр в выборы в Государственную думу, когда итоги назначены до голосования. Зачем убивать деньги и время? Зачем издеваться над нами, показывая, как у нас всё избирается? Только народное движение способно заставить созвать конституционное собрание и изменить ситуацию в стране. 

В противном случае нам всё время будут говорить о "новом этапе приватизации" с участием иностранных банков, нас будут поздравлять с "двадцатилетием России", которое, якобы, приближается в этом году. Мы должны сказать, что 2011 год — год 1100-летия России как великой державы. Тысячу сто лет тому назад князь Олег прибил свой щит к вратам Царьграда и подписал равноправный договор с Византийской империей! 

Не соглашусь с теми, кто путает понятия "русский народ" и "русская нация". Нам нужно возродить понятие "великоросс", чтобы перестали сужать понятие "русский" до этнической группы, предлагая "Русскую республику" внутри России. Мы должны перестать бояться и слова "русские", мы должны защитить нашу молодёжь от обвинений в национализме и заставить их не путать национализм и шовинизм. Нельзя допускать шовинизма, нельзя ненавидеть кого-либо, но любить свою нацию, свой народ должен каждый патриот. И все народы России, я уверен, в этом народном движении будут солидарны. Русские — вперёд, наводите порядок в стране, а лучше и в мире! 

…Когда запретили газету "День", руководитель тюменской организации Российского общенародного союза, занимавшийся популяризацией патриотической литературы, выступал по тюменскому телевидению в рекламное время, чтобы объяснить, что такое новая газета "Завтра". Обращаясь к сибирякам, он сказал: "Русские, завтра — наш день!"

Пресс-служба РОС

Обязательность оказания услуг ЖКХ населению через органы местного самоуправления установлена федеральным законом о местном самоуправлении. Этот закон определяет, что местное самоуправление это – «форма осуществления народом своей власти, обеспечивающая самостоятельное и под свою ответственность решение населением непосредственно и (или) через органы местного самоуправления вопросов местного значения, исходя из интересов населения» (ст.1). Вопросы местного значения – «вопросы непосредственного обеспечения жизнедеятельности населения муниципального образования» (ч.1 ст.2). Обеспечение населения жилищно-коммунальными услугами – это вопрос местного значения (п.4 ч.1 ст.14). К полномочиям органов местного самоуправления (и, следовательно, населения) по решению вопросов местного значения относится создание муниципальных предприятий и установление тарифов (с определенными ограничениями) на их услуги (пп.3, 4 ч.1 ст.17 в редакции, действовавшей до 27.07.2010). 

Казалось бы, все логично (кроме ограничения функции установления тарифов): муниципальные унитарные предприятия (МУП), обеспечивающие жизнедеятельность населения муниципального образования (МО), должны находиться в собственности этого населения, а их управление должно осуществляться через органы местного самоуправления, формируемые населением. Тем более что уставы МО, как правило, закрепляют в муниципальной собственности все имущество, предназначенное для решения вопросов местного значения.

То же самое касается и жителей Санкт-Петербурга и Москвы, поскольку в соответствии с законом большую часть функций местного самоуправления выполняют их правительства. 

А тогда из общих принципов теории хозяйствования и необходимости выполнения функций собственника (согласование, управление и надзор) следует, что услуги ЖКХ должны представляться населению главой администрации МО, который выполняет функцию собственника МУПов, принадлежащих населению, в том числе и устанавливает все нормативы и тарифы, которые утверждаются депутатами.

Однако на деле у нас все не так.

Только абсолютное непонимание функций собственника и незнание экономических аксиом управления собственностью, которые демонстрирует федеральный центр (возможно, сознательно разваливая народное хозяйство), приводит к тому, что почти повсеместно МУПы получают относительную самостоятельность, становятся юридическими лицами, их безграмотно провозглашают коммерческими организациями, а иногда они даже приватизируются. Федеральный закон «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», «определил», что органы местного самоуправления, осуществляя регулирование деятельностью МУПов и обеспечивая контроль над их бухгалтерской отчетностью и над использованием по назначению переданного им имущества, владея их продукцией и доходами, тем не менее, не несут никакой ответственности за их деятельность. Собственник может только принять решение об их ликвидации или реорганизации. Да и то, в основном, только в том случае, если к окончанию финансового года стоимость их чистых активов окажется меньше, чем минимальный размер их уставного фонда. 

Хозяин, который контролирует бухгалтерию, владеет продукцией и доходами своего предприятия, но не отвечает за его деятельность – это что-то! 

А реформаторы открыто не стесняются утверждать очевидную глупость, что, мол, самостоятельность предприятий – это источник их эффективной работы. И это тогда, когда официально (по уставам МО) все эти МУПы находятся в собственности у населения, то есть, у МО.

Очевидно, все эти «ляпы» существуют еще и затем, чтобы были основания взимать с населения не только себестоимость услуг ЖКХ и прибыли МУПов, но и дополнительно еще налог на добавленную стоимость (в федеральную казну уходит еще 18% от стоимости услуг ЖКХ). Вот откуда еще берутся деньги на проекты правительства, опустившего страну в бесчисленные реформы.

Однако все мы видим, что результаты подобных реформ весьма плачевны. И это закономерно. Ведь самостоятельными могут быть только собственники, а торговать внутри системы собственника принципиально нельзя – это безграмотно! Ибо процесс купли-продажи – это смена собственника. Тем не менее, попытки внедрения рыночных отношений в государственную (муниципальную) собственность продолжаются до сих пор. Наука уже давно установила (и это подтверждено практикой, в том числе на примере СССР и России), что строить рынок внутри собственности (между подразделениями одной собственности) ненаучно, и это грозит для собственности неминуемым крахом. Нежелание признать эту истину уничтожило СССР и подводит к экономическому краху Российскую Федерацию.

Но реформы продолжаются!

В этом году принят федеральный закон № 237 от 27.07.2010 г., который существенно поправил закон «Об основах регулирования тарифов организаций коммунального комплекса». Теперь МУПами, находящимися в фактической собственности МО, еще в большей степени начинают командовать органы исполнительной власти субъекта федерации. Более того, органы местного самоуправления потеряли возможность устанавливать хоть какие-то тарифы на товары и услуги ЖКХ (только надбавки). При этом они потеряли возможность согласовывать своим организациям коммунального комплекса их производственные программы, которые должны предусматривать снижение затрат. Хотя сохранили обязанность стимулировать снижение производственных затрат и повышение экономической эффективности. А как это делать, если нет доступа к производственной программе? 

И как управлять такой собственностью?

Но есть среди нынешних реформ, казалось бы, необходимые. Бросив клич, что платить надо лишь за то, что мы потребляем, реформаторы вознамерились вооружить нас всех (естественно, за наш счет) приборами учета (индивидуальными и общедомовыми). И в конце прошлого года приняли новую редакцию закона «Об энергосбережении» (№ 261-ФЗ). В народе этот закон знаменит, в основном, тем, что запрещает к обороту в нашей стране лампы накаливания: с 2011 г. – 100 Вт и более, с 2013 г. – 75 Вт и более, с 2014 г. – 25 Вт и более. 

Однако для населения его основное содержание – в регламентации установки приборов учета (счетчиков) энергоресурсов (холодная, горячая вода, отопление, газ, электроэнергия). В частности, до 1 января 2012 г. собственники жилых помещений в многоквартирных домах обязаны обеспечить свои дома общедомовыми приборами учета используемых воды, тепло- и электроэнергии, а также свои квартиры индивидуальными приборами учета воды, природного газа и электрической энергии. При этом лицо, не исполнившее в установленный срок обязанности по оснащению данных объектов приборами учета используемых энергоресурсов, должно обеспечить допуск организаций, на которые возложена функция установки приборов учета, к местам их установки до 1 января 2013 г. Причем, если это лицо (собственник жилого помещения) не в состоянии сразу оплатить стоимость приборов учета и расходы на их установку, то оплата расходов будет осуществляться равными долями в течение 5 лет с даты установки, и оплата будет увеличена на сумму процентов, начисленных в связи с предоставлением рассрочки, но не более чем в размере ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на дату начисления, за исключением случаев, если соответствующая компенсация осуществляется за счет средств бюджета. Закон предусматривает поддержку отдельным категориям граждан, путем выделения им средств на установку приборов учета.

Закон также предписывает до 1 июля 2010 года (срок уже прошел) организациям, которые осуществляют снабжение энергоресурсами или их передачу, предоставить собственникам жилых помещений в многоквартирных домах предложения об оснащении их квартир приборами учета используемых энергоресурсов. Причем, эти предложения в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг гражданам (№ 307), утвержденными Правительством РФ еще в 2006 году, должны быть вывешены (п.49 этих правил) на досках объявлений, расположенных во всех подъездах многоквартирных домов, что у нас почти повсеместно не выполнено.

За что в Кодексе об административных правонарушениях предусмотрено наложение административного штрафа: на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, на юридических лиц – от ста тысяч до ста пятидесяти тысяч рублей (ч.6 ст.9.16). 

Сколько же денег могла получить казна от подобных штрафов?!

Естественно, предусмотрены и другие штрафы за невыполнение данного закона, в том числе за непринятие государственных и муниципальных программ и невыполнение мероприятий по энергосбережению.

Представляю, что ждет нынешних руководителей, если, конечно, данный закон будет выполнен. В чем я весьма сомневаюсь.

Чтобы выполнить закон потребуется создать целые отрасли, связанные с производством, обслуживанием, ремонтом и поверкой приборов учета, что приведет к возникновению множества проблем, и за все населению придется заплатить. 

Пожалуй, менее всего приходится сомневаться в установке газовых счетчиков. Скорее всего, это действительно необходимо, тем более что тариф на газ почти не связан с работой жилищно-коммунального комплекса. В этом отношении эти счетчики сродни электрическим, только, как правило, гораздо сложнее в установке. 

Можно признать необходимость и достаточность установки и общедомовых приборов учета, которые решат проблему необоснованных нормативов потребления. 

Кстати, уже сейчас во многих домах стоят общедомовые счетчики, но они редко где используются, что нарушает упомянутые выше Правила предоставления коммунальных услуг гражданам. И никто на это не обращает внимания. 

Что касается индивидуальных счетчиков на воду, то здесь все по-другому. Ведь они по существу дублируют общедомовые приборы учета и предназначены исключительно для создания у потребителей индивидуальных стимулов для экономии воды. Кроме того, известно, что обилие и многоступенчатость приборов учета снижает энергетические показатели системы водоснабжения и приводит к возрастанию себестоимости воды. Но не это главное. Главное в том, что при нынешнем законодательстве тарифная политика должна компенсировать МУПам, поставляющим населению холодную и горячую воду, ВСЕ экономически обоснованные затраты, отмеченные в их калькуляциях. И это никак не связано с приборами учета, поскольку тариф определяется по затратам, конечно, связанным с объемом поставляемой воды, но далеко не напрямую. В любом случае придется вводить двухставочный тариф.

И если мы с помощью принятых законов и добьемся повсеместной установки индивидуальных приборов учета воды, то какой ценой? Кроме некоторой экономии воды и окончательной победы рыночной идеологии над сознанием людей (может быть для этого все и делается?), других достижений – не разглядеть. Зато минусов – более чем достаточно.

Так за что боремся? Зачем выбрасывать колоссальные средства?! Тем более что закон, как это почти всегда у нас бывает, принят без должного обоснования экономической целесообразности установки индивидуальных счетчиков на холодную и горячую воду.

Возможно, значительно дешевле для общества окажется воспитание у людей бережного отношения к коммунальным ресурсам, что значительно ближе к менталитету наших людей, чем идеология экономии, основанной исключительно на оскорбительной для человека личной заинтересованности в ограничении индивидуального потребления.

Главная задача, поставленная введенным законодательством, это, конечно же, не совершенствование расчетов за коммунальные ресурсы. Нам необходимо снижать затраты жилищно-коммунального комплекса. Это сегодня главная задача. Решить ее посредством повсеместной установки приборов учета, конечно же, не удастся, поскольку это решение лежит совершенно в другой плоскости: оно в системе организации труда, как и почти все наши беды.

Решит проблему введение определенной системы организации и оплаты труда, создающей антизатратный экономический механизм в производстве товаров и услуг коммунального хозяйства и любого производства. Так, как это делают и на западе и в Японии. Там, где труд может нормироваться, эта система предполагает, конечно же, не сдельную оплату труда (больше сделал – больше получил), которая сдерживает научно-технический прогресс и вредна производству, а оплату за рабочее время, отданное выполнению нормы, с системой разовых вознаграждений за пересмотр норм на всех рабочих местах - от рабочего до директора. При этом у директора муниципального предприятия должна быть норма: предоставление населению определенного объема коммунального ресурса заданного качества с заданными затратами от достигнутого уровня. Уменьшение затрат на производство заданного объема коммунального ресурса или уменьшение этого объема вследствие уменьшения его потерь с дальнейшим снижением соответственно тарифа или норматива потребления населением предоставляемого коммунального ресурса должно вознаграждаться существенной разовой премией, как и повышение качества этого ресурса. На каждом уровне от директора до рабочего должны быть расставлены свои стимулы снижения затрат и потерь. Напротив, отсутствие работы по уменьшению затрат и потерь должно разумно депремироваться. 

Такой подход заставит всех работников совместно искать источники снижения затрат, а они, как показывает существующий опыт, - неисчерпаемы. К тому же такая система оплаты труда дает мощный импульс для творчества на каждом рабочем месте. , 

Владимир Леонов
руководитель Ленинградского отделения Российского общенародного союза, депутат Законодательного собрания Ленинградской области 1994 – 2007 гг. 

Разрушение Советского Союза, кризис, переживаемый его геополитическими обломками, в том числе Российской Федерацией, требуют осмысления государственно-правового, историко-культурного. Только после этого можно строить новое государство, новое общество. 

Попытки проанализировать, систематизировать то, что получило название «русской идеи», предпринимались в XIX и в XX вв. преимущественно в рамках религиозной философии. Социальная мысль тоже не стояла на месте, тем более что все больше и больше обострялись споры вокруг главного вопроса — как и куда идти дальше: опираясь на российские традиции, нащупывать свой собственный «российский» путь или, используя западный опыт капиталистического развития последних двух-трех столетий, перенять сложившуюся в Европе экономическую и политическую модель общественного и государственного устройства. 

Славянофилы и западники. По меткому выражению Н.Бердяева, «и те и другие любили Россию, славянофилы, как мать, западники, как дитя». Последовал и закономерный исход русской философии: у славянофилов — в религию, в веру, у западников — в революцию, в социализм. При всем многообразии суждений теоретиков того и другого лагеря между ними обнаруживается много общего. Наиболее существенно следующее. 

Анализируя современное им положение вещей в России, сложившийся национальный характер, как западники, так и славянофилы отмечали одни и те же преимущественные черты. Во-первых, уникальный, ни с кем не сравнимый исторический путь страны. Во-вторых, самобытность русского национального характера, его, как выразился Бердяев, эсхатологичность, т.е. нацеленность на конец мира, на Страшный суд, на грядущее Царство Божие. Менее других народов русские привязаны к земной жизни. Мы всегда устремлены в будущее, к поискам истины, справедливости. В дни размышлений обычно либо предаемся ностальгии по прошлому (каким бы оно ни было), либо мечтаем о будущем. Русский человек будто расплывается во времени, не задерживаясь на сегодняшнем дне. 

Мечтательность, нацеленность в будущее, стремление к идеалу порождают максимализм и свойственную ему противоречивость характера. Для русского есть «все или ничего», он не любит постепенно и планомерно добиваться поставленной цели. Мы жаждем больших перемен именно сегодня, часто не задумываясь, хороши они или плохи. Русский человек то проявляет смирение, доходящее до полной апатии, до рабской покорности, то разражается бессмысленно кровавыми бунтами. То милосерд, то безумно жесток. 

Отсюда многие проблемы конкретной политики. В поиске идеала русский человек готов превознести любого случайно понравившегося ему лидера до небес, а не найдя в нем этого идеала, готов низвергнуть вчерашнего кумира в грязь и с ожесточением его топтать, будто срывая злость на самого себя за то, что так легко обманулся. С одной стороны, русский человек жаждет «хозяина», который бы «навел порядок» в Отечестве, а с другой — не воспринимает авторитета властей, не привык слепо повиноваться закону. 

Все внимательные наблюдатели подчеркивают значение Духа соборности в русском народе, расходясь, правда, во мнении, способствовала ли формированию этого духа Русская Православная Церковь. Соборность при этом я понимаю как духовную общность, социально-психологическое, экономическое и политико-правовое единение самых разных слоев российского общества. Действовать, творить соборно — значит творить сообща, общими силами, содействием, согласием. На Руси ценили индивидуальность, но не привечали индивидуализм. Эта особенность русского человека, ставшая основой русского национального мировоззрения и национального уклада жизни, определяла и определяет судьбу реформ в России за последние столетия. 

Если Церковь и формировала в обозримом прошлом отношения соборности, то в подчинении. Дух соборности в созидании, в самоуправлении формировался более всего укладом хозяйственной жизни, поскольку в течение веков основным способом организации труда на селе была община, а в промышленности — артель. Трудно не согласиться с О.Платоновым, отметившим, что главными чертами русской цивилизации, отличающими ее прежде всего от западной, являлись преобладание духовно-нравственных приоритетов жизни над материальными, культ добролюбия и правдолюбия, нестяжательство, развитие самобытных форм демократии, воплотившихся в общине и артели. 

Итак, Россия — это не просто государство, она — цивилизация. Это первое. Второе: Россия — это русская цивилизация. 

Политическая неопытность основной массы граждан Советского Союза привела к глубоким трансформациям сознания и поведения людей, которые запутались с понятием «русский человек». Л.Н. Гумилев не открыл нового, а просто напомнил, что понятие «русский» — понятие более широкое, чем этническое, в нем культурно-исторический смысл. И мы сегодня, говоря «русский», имеем в виду и украинца, и великоросса, и белоруса, и мордву. Поэтому мы должны говорить о русском башкире, о русском украинце, о русском чукче. 

Именно такой подход объясняет, почему возрождающаяся Россия должна формироваться как государство русской культуры. Одной из основных парадигм его духовной жизни является осознание русского народа как разделенной нации, как разделенного суперэтноса. Самоопределение русского народа и в нынешней Российской Федерации, и за ее рубежами есть культурно-историческая ценность не только для русских, но и для мировой цивилизации и культуры. 

Нежелание считаться с историческими потребностями и интересами русского народа, систематическое ущемление русских и русскоязычных в различных регионах, русофобия неминуемо ведут к нарушению европейского лица. Разрушение исторической России, существовавшей в XX в. в форме Советского Союза, разделение единого тела русских на части ведет в конечном счете к глобальной геополитической катастрофе, в которой могут сгинуть многие нации, этносы и суперэтносы, если не все человечество. 

Путь выздоровления России — это путь реформ. Реформа экономики должна сопровождаться поэтапной реогранизацией государственного устройства, созданием эффективной политической системы народовластия. Речь прежде всего идет о выборе самих форм государственного устройства и правления. 

История Советского Союза завершена. На его месте должно возродиться иное государство — Российская Федерация, Российский Союз. Именно Российская Федерация (или Российский Союз) призвана выступить как олицетворение русской цивилизации, как единое федеративное государство, строящееся по территориально-государственному принципу. К нему будут примыкать государства из числа прежних республик Советского Союза, находящиеся с Российским Союзом в конфедеративных отношениях. Это могут быть как Узбекистан или Таджикистан, так и Киргизия или республики Закавказья. Конфедеративные отношения с этими республиками должны обусловливаться единым таможенным союзом, единым военно-политическим союзом, хотя вероятны будут миграционное и пограничное регулирование, а также определенные ограничения экономического плана, например, прав собственности на территории Российской Федерации. Лишь за этим «поясом солидарности и взаимной безопасности», вокруг конфедерации, будут располагаться государства, находящиеся в «стандартных» отношениях с Российским Союзом. Это будут, возможно, и государства Прибалтики. Однако мы должны сказать, что и государства Прибалтики, и Закавказье, и Средняя Азия останутся на многие десятилетия сферой жизненно важных интересов России, а следовательно, Россия должна сохранить там свое присутствие. И только следующий круг государств будет иметь с Россией традиционные межгосударственные отношения, строящиеся по принципу равенства и взаимного уважения. 

Пути государственного возрождения Великой России, способы установления новой стабильности на нашей 1/6 части суши могут быть различными. 

Первый — возвращение к законодательной базе 1991 г., к Конституции СССР через созыв Съезда народных депутатов СССР, чтобы тот принял решения, затрагивающие всю территорию объединенного государства. Это путь внешне простой, но абсолютно нереалистичный. Ибо основная часть депутатского корпуса показала себя в 1991 г. политическими банкротами и не может вызвать доверия у избирателей. Отдельные исключения — депутаты, боровшиеся за сохранение Державы, не в счет. 

Второй путь — проведение на всей территории Российского Союза, а то и прежнего СССР выборов в Учредительное собрание. Причем по аналогии с выборами Учредительного собрания 1917 г. те территории, которые к моменту выборов не будут свободны, например, если еще не будет решен вопрос о воссоединении Абхазии или Приднестровья с Россией, для этих территорий резервируется определенное количество мандатов. Они считаются временно оккупированными, и после их освобождения там будут, соответственно, проводиться довыборы, если Учредительное собрание не завершит свою работу. Задача Собрания — выработать два документа: Конституцию Российского Союза и закон о выборах высших органов власти нового государства. С принятием этих документов Учредительное собрание прекращает свою деятельность, проводятся выборы. На период до избрания Учредительного собрания высшая власть в конструируемой Федерации принадлежит совместно заседающим Верховным Советам (парламентам республик) либо организации, сформированной объединившими ее республиками. На период после принятия Конституции Российского Союза Учредительным собранием аналогичный орган должен быть сформирован самим Учредительным собранием. 

Третий путь создания новой государственной общности — воссоединение с нынешней Российской Федерацией других республик и территорий. Этот вариант позволяет избежать создания каких-либо новых государственных конструкций, сохраняя политическую систему Российской Федерации. Частности могут предусматриваться отдельными актами воссоединения с Россией тех или иных территорий или государств. 

Что касается высшей исполнительной власти, ее задача — выйти из кризиса, в который ввергли нашу страну в последней четверти XX века безответственные политики, что возможно только при исключительно эффективной исполнительной власти. Опыт показывает, что это не может быть монархия, приведшая Россию к революции 1917 г. Это не может быть советская (парламентская) республика, которая привела Советский Союз к развалу 90-х гг. XX века. 

Российский Союз будет президентской республикой. Президент как глава государства и глава исполнительной власти одновременно должен иметь в качестве противовеса парламент, наделенный большими полномочиями и безусловно контролирующий бюджет. Но на переходный период — до принятия Учредительным собранием Конституции — исполнять обязанности главы единого государства будет Президент Российской Федерации, если иное не будет предусмотрено договорами объединяющихся республик. 

Политическая система, вырастающая на почве отвлеченного либерализма, нестабильна и бесплодна. При отсутствии негативных внешних факторов она сменяется политическим альтруизмом. Дальше подобная эволюция российской политической системы при Александре I завершилась религиозным консерватизмом, французская при Людовике XVI и российская при Николае II — революционным террором. Последствия эволюции советской при Горбачеве мы начали пожинать. 

Да, ныне я являюсь сторонником сохранения поста Президента в Российской Федерации. Во-первых, потому что этого требует защита республики от распада на удельные «суверенные» владения. Во-вторых, исторически на Руси всегда существовал режим национально-государственного лидера. 

Эта особенность социальной и политической структуры России несколько затемнялась главным принципом общественной жизни — принципом соборности, коллективности принимаемых решений, коллективности образа жизни, — но всегда в любом коллективе, а тем более на уровне государства, на любом историческом этапе существовал национально-государственный лидер. Сначала князь в Киевской, во Владимиро-Суздальской Руси, потом биполярный режим Руси допетровской, когда такими национально-государственными лидерами одновременно были двое — государь Московский и Патриарх Московский и всея Руси. С устранением этого разделения Петром I высшую духовную власть присвоила высшая исполнительная власть. На протяжении последующих веков, вплоть до конца XX века, исполнительная власть в России контролировала идеологию и пыталась контролировать всю духовную сферу.Таким лидером — и главой государства, и главой общества, а первоначально и главой Церкви, миропомазанником Божиим, был самодержец всероссийский, который был вне критики, вне ограничений. Самодержавие выработало особый характер российской монархической государственности, опиравшейся на принципы православия и патриархальности. Но эти принципы и та социально-экономическая система, которая на них строилась на рубеже XIX и XX веков, показала свою неэффективность, возникла необходимость расширить права граждан. 

Именно в середине XIX века в России был осуществлен переход от общества, где государство и государь были синонимами, к обществу, где место подданных заняли граждане. Зародилось гражданское общество. Это было ознаменовано отменой крепостного правд и целой серией реформ Александра II, подкрепленных государственной мощью контрреформ Александра III, которые на деле означали устранение из политической жизни России безалаберности и безответственности либерализма. Тем не менее и Александр III не сумел до конца стабилизировать политическую систему России, а с воцарением его сына, Николая II, к власти окончательно пришли созерцательные либералы, увлекшиеся конституционными экспериментами, некритическим привнесением в политическую жизнь России чуждых ей западных государственных механизмов, что в конечном счете разорвало связь высшей власти с основами общественной жизни, привело к революции и Гражданской войне. 

На исходе XX века, в период перестройки и последовавшего за ней разрушения государственной целостности СССР, я думаю, все другими глазами взглянули на Гражданскую войну 1917–1922 гг., на позицию участников Белого движения и на позицию большевиков. 

Нелепо и опасно судить прошлое, необходимо его понимать. Бессмысленно рисовать черной краской и победивших большевиков: раз они победили, значит, в этом была закономерность. Особенно важно избежать ошибки сейчас, когда после фиаско псевдореформаторов в декабре 1993 г. необходимость конституционной реформы вновь вышла на первый план. 

После 1917 г. при всех его революционных преобразованиях основным принципом политической системы России, возродившейся в 1922 году в виде Советского Союза, сохранился принцип национально-государственного лидера. Таким лидером официально и в массовом сознании стало первое лицо партии большевиков. Наиболее ярко это проявилось в десятилетия, когда и Советским Союзом и ВКП(б) управлял И.В. Сталин. 

Последующие годы показали, что смена конкретной фигуры не меняет принципа. Национально-государственный лидер определялся должностью генерального секретаря ЦК КПСС. И лишь когда Горбачев, не обладавший политической, государственной волей и дальновидностью, дискредитировал государственную систему СССР своими «благими намерениями», никогда не осуществившимися, своей неспособностью решать проблемы, возникавшие перед политическим руководством страны, в активизировавшемся массовом сознании пошатнулось доверие к такому формально-бюрократическому лидерству. Но оно пошло не в сторону отказа от принципа в пользу, например, безудержного коллективизма, а просто перенесло «ауру» вождя с одной личности на другую. 

Когда М.С. Горбачев стал у многих вызывать смех и презрение, образ национально-государственного лидера стал переходить на уровень руководителя РСФСР к его оппоненту — Б.Н. Ельцину. В силу формирования в этот момент многопартийной политической системы первым лицом мог стать не руководитель какой-либо партии, а лишь руководитель органа государственной власти, олицетворяющий шанс на перемены. 

Особенность конституционного устройства РСФСР, как и других республик советского типа, заключалась в официально доминирующем влиянии Советов, представительных органов, при реальных рычагах власти в партийных структурах. Схема была разрушена XIX партийной конференцией, принявшей решение об избрании первых секретарей партийных комитетов председателями Советов, предопределившем реальное увеличение полномочий Советов. В тот момент номинальная исполнительная власть оказалась в подчинении у представительной. С 1990 г., с победы на Первом съезде народных депутатов РСФСР принципа разделения властей, понимаемого механически, в духе XVIII века, как создание параллельных ветвей власти, произошло высвобождение исполнительной власти, ставшей рядом с представительной и судебной. 

В реальности председатель Совета министров Силаев, как и Рыжков на уровне Союза, оставались на втором плане после председателей Верховных Советов РСФСР или СССР. А поскольку оперативная деятельность государства идет через исполнительный канал (такой уж механизм выработало человечество), то и сложился постоянный дисбаланс, когда решения представительных органов власти в лице президиума ВС или даже председателя президиума все больше и больше затрагивали сферу деятельности исполнительной власти. 

Кроме того, возникали проблемы и в межгосударственных отношениях, ибо председатель парламента, по самой сути своих обязанностей, не может быть безусловно самостоятельной политической фигурой, ибо он руководит коллективным органом и должен олицетворять этот орган. Это во многом привело к появлению или укреплению идеи учреждения президентства, а затем и появлению института президентства в СССР и РСФСР. 

В завершение хочу указать на следующее. Что касается сегодняшнего и завтрашнего дня, то во имя создания единого идеологического пространства и во имя укрепления господства добра и гармонии, лежащих в основе православия и гуманистического подхода, свойственного идее коммунизма, необходимо будет укреплять доверие к государственным институтам. Основную роль здесь должен сыграть президент как глава исполнительной власти. Монархический принцип, который многие считают непременным элементом российской государственности, не может быть пригодным сегодня, ибо он открывает возможности для дестабилизации и хаоса — устранить профессионально непригодного политика можно было бы только государственным переворотом или цареубийством. Самодержавие в России должно быть восстановлено, но как самодержавие народа. А главным выразителем воли народа будет избираемый и отчитывающийся на очередных выборах президент, контролируемый сильным парламентом. 

БАБУРИН Сергей Николаевич
председатель Российского общенародного союза, доктор юридических наук, профессор

«Национальные интересы»

Ежедневно на головы российских граждан низвергается грандиозный пропагандистский водопад сообщений о работе федеральной власти по противодействию экономическому кризису. Благодаря телевидению и работе неизвестной широкой публике группы специалистов по пиару, зрители имеют возможность ежедневно, что говорится в режиме он-лайн получать информацию, чем заняты первые лица государства и что они предприняли по разрешению текущих, либо неожиданно возникших проблем. Надо отдать должное безымянным мастерам пиара, которые как фокусники в цирке, умело концентрируют внимание зачарованных зрителей, уводя их от главных проблем : понимания причин происходящего. Между тем, рано или поздно это понимание приходит и тогда внешне убедительные логические конструкции пиара рассыпаются. Речь идет о тех внешних объективных обстоятельствах перед которыми любой-пиар менеджер бессилен. Единственное, что он может сделать- это попытаться мысленно стать по ту сторону экрана, где находится зритель и вслушаться вместе с ним в адресованную ему информацию.

Скажем, президент страны в своем очередном выступлении призывает положить конец и поставить мощный заслон воровству и коррупции. О чем в это время думают наши соотечественники? По всей вероятности о том, что предыдущее разворовывание узким кругом лиц общенародной собственности на сумму примерно 300-400 трлн. рублей самим государством признано законным. И вот теперь государство призывает всех остановиться, потому что это угрожает основам государственности и безопасности страны. А тех кто будет это продолжать делать ждет суровое наказание.

Замечательная находка безымянных спичрайтеров не правда ли? Особенно, когда это рассуждения дополняются словами о том, что итоги приватизации никогда пересмотрены не будут. Думаю, что они служат главным ориентиром, мотивом для чиновников, берущих гигантские взятки и перераспределяющих таким образом в свою пользу доходы от дикой приватизации.

Или, скажем, какой эффект вызывают неоднократные заявления министра финансов А. Кудрина о том, что вложения средств в промышленность и аграрный сектор экономики недопустимо, поскольку неизбежно вызовет инфляцию в России. Ну, что тут скажешь? О том, что расширение производства вызывает инфляцию знают даже студенты- первокурсники экономических вузов. И это не остановило ни одну страну в мире от стремления развивать собственную экономику. Никого, кроме А. Кудрина. Просто идеальный министр для сырьевой колониальной страны.

Но впрочем все эти примеры бледнеют перед блестящей речью спикера Верхней палаты российского парламента С. Миронова, недавно провозгласившего курс на новый социализм. В своей статье «Пенсия в дырявой корзине», опубликованной в еженедельнике «Аргументы и факты» № 27 он с негодованием сообщает читателям, что сегодня набор продуктов минимальной потребительской корзины российских пенсионеров идентичен набору питания немецких военнопленных установленного приказом НКВД СССР в период Великой Отечественной войны. Более того, для убедительности он приводит сравнительные цифры размеров пайка военнопленных и наших пенсионеров. Тут уж и вовсе сказать нечего. Что называется приехали. Поневоле задумаешься, а к кому собственно обращается третье лицо государства. Кому он жалуется? Олигархам, правительству или самому президенту? А может быть это заявление приурочено к приезду в Россию президента США  Б. Обамы? Мол, господин президент, доколе США будет держать нас на голодном пайке, примите меры. Пожалуйста!

Впрочем для бывшего сержанта ВДВ даже такое заявление — смелое. А вот для Председателя Совета Федерации РФ, занимающего пост практически аналогичный должности Председателя Верховного Совета СССР оно вызывает по меньшей мере иронию. Если принять за чистую монету другие высказывания С. Миронова в которых он причисляет себя и возглавляемую им партию к оппозиции, то возникает еще один вопрос. Почему с таким высокопоставленном представителем власти в рядах российской оппозиции она до сих пор не навела порядок в стране? Может быть Г. Зюганов мешает? И как это исполнительная власть, что называется проморгала, пропустила наверх, такого матерого оппозиционера?

Очевидно такие несуразности в пиар-пропаганде надо делить поровну: между пиар-службами, авторами подобных уникальных находок и самими руководителями, которые их потом используют от своего имени.

Однако есть у пропагандистских служб и достижения. Благодаря их усилиям, мы теперь знаем, кто из высших эшелонов власти в стране отвечает за те или иные направления работы. Скажем  И. Шувалов за борьбу с кризисом, С. Жуков за проблемы моногородов, Д. Козак за сферу ЖКХ и подготовку к Олимпиаде. Президент и председатель правительства курируют сразу множество направлений. Но есть одна проблема которая в народных низах буквально бросается в глаза, а наверху о ней не говорят ни слова. Это вопрос о том, кто у нас в стране отвечает за нищих. Скажем, в царской России были такие органы. А в сегодняшней кто? Министр здравоохранения и социального развития? Вряд ли. По крайней мере Т. Голикова не была замечена в каких-либо акциях связанных с оказанием помощи бездомным, открытием для них приютов и пунктов санитарной обработки, оказания медицинской помощи. А ведь после встречи с ними в метро или в пригородной электричке весь телепиар об очередных успехах власти из головы улетучивается мгновенно. Нищие граждане России, а еще бездомные дети это живой укор всем нам и общественному строю, который с маниакальным упорством навязывают стране без малого 20 лет!

Ради чего создавалась эта система? Ради яхт Абрамовича, недвижимости и банковских счетов за рубежом, ради возможности ежемесясячно вывозить из страны миллиардные суммы денег, ради униженного состояния страны, которая не может позволить саму себя обеспечивать отечественными продуктами питания, товарами потребления, промышленной продукцией потому что нельзя, потому что инфляция?

Только ответив на эти вопросы, мы сможем понять: почему и кому жаловался С. Миронов, сравнивая жизнь российских пенсионеров с немецкими военнопленными. А еще поймем, почему нищими и бездомными в стране у нас занимаются преимущественно органы внутренних дел. Как они это делают рассказывать не надо. На них они вырабатывают отношение и ко всем остальным гражданам страны. В этом истоки инцидентов милицейских работников с Героями России, причины стрельбы по живым мишеням в ночном супермаркете Москвы и многое другое. Корни этого явления берут свое начало в октябре 1993 года. Безжалостной системе нужны безжалостные правоохранительные органы. По иному власть не удержать.

Система равнодушна к проблемам рядовых граждан. Она смеется в лицо безработным Пикалева и еще многих моногородов России, где остановили работу промышленные предприятия. Она устами предпринимателя Полонского посылает по известному адресу всех у кого нет миллиарда долларов. Система давно, еще в начале 90-х усвоила кому она должна служить, а кому нет. Пусть пиар-менеджеры буквально разрываются, придумывая остроумные, блестящие ходы для первых лиц государства. В конце концов у каждого своя работа. А система уже давно заготовила страховочные, запасные ходы, если вдруг сегодняшняя политическая конструкция не выдержит. И монархия и новый социализм, да мало, что еще у нее в запасе, если потребуется. Главное для системы удержать в своих руках собственность, а это значит удержать в руках власть. 

В. Н. Петрищев, член исполкома РОС

Вход